Москву можно читать по фасадам, а можно – по воде. В первом случае мы замечаем смену архитектурных эпох, во втором обнаруживаем, как город научился управлять собственной географией. Шлюзы соединяют эти два прочтения. Здесь инженерный расчёт получил выразительную форму, а башни, лестницы, скульптура и береговые линии сложились в особый городской пейзаж. Водные ворота столицы заслуживают такого же внимательного взгляда, какой мы обращаем на её площади и дворцы.

У шлюза есть редкое для архитектуры свойство: его пространство меняется вместе с работой сооружения. Судно входит в камеру, закрываются ворота, вода поднимается или опускается. Пассажир остаётся на палубе, но постепенно оказывается на другой высоте относительно башен и берега. Сооружение воспринимается во времени: сначала силуэт, затем крупные членения стены, наконец детали отделки. Этот переход позволяет буквально ощутить связь архитектуры с движением.

15 июля 1937 года канал Москва–Волга был открыт для пассажирского и грузового движения. В 1947 году, когда столица отмечала 800-летие, он получил название «Канал имени Москвы». Его строительство отвечало потребности растущего города в воде и транспортных связях. Но создатели комплекса одновременно решали художественную задачу: как представить столицу человеку, который приближается к ней по реке. Водный путь становился последовательностью архитектурных впечатлений. [1]

Эта мысль хорошо видна в книге Алексея Михайлова «Архитектура канала Москва–Волга», изданной Всесоюзной академией архитектуры в 1939 году. Автор рассматривал канал рядом с московским метрополитеном, связывая оба сооружения с задачей художественного оформления массового транспорта. Книга говорит языком своей эпохи: торжественным, идеологически насыщенным, уверенным в способности строительства изменить общество. Для нас она ценна и описанием замысла, и возможностью увидеть, как этот замысел объясняли современникам. [2]

В московских шлюзах архитектура обращается к горожанину через хорошо знакомые формы. Пилястра помогает прочитать высоту стены, карниз обозначает её завершение, открытая галерея делает тяжёлую башню зрительно легче. Якорь на кровле сообщает о назначении сооружения без всяких поясняющих табличек. У этих деталей есть собственная работа: они позволяют соотнести огромную техническую систему с человеческим взглядом. На мой взгляд, именно в этом заключается художественная убедительность многих водных сооружений Москвы.

Особенно ясно она раскрывается в ансамбле шлюзов № 7 и № 8, архитектурное решение которых принадлежит Владимиру Фёдоровичу Кринскому. Здесь башни воспринимаются совместно с вытянутыми камерами и пространством между ними. Вертикали позволяют глазу удерживать масштаб, а повторение сходных объёмов связывает отдельные сооружения в последовательность. При движении вдоль воды меняются расстояния между башнями, их взаимное положение и силуэт. [3]

Если смотреть только на декоративную отделку, можно упустить главное достижение такого решения. Водный ансамбль невозможно охватить тем же способом, что фасад дома на городской улице. Он развёрнут на большом расстоянии, его элементы разделяет вода, а зритель часто сам находится в движении. Поэтому здесь особенно существенны ритм и пауза, соотношение открытого пространства и каменных объёмов. Башня служит точкой, по которой человек понимает устройство места. Декор уточняет её характер, но пространственную композицию создаёт весь ансамбль.

Отсюда возникает и вопрос о стиле. Название «сталинский ампир» привычно, однако применительно ко всем водным сооружениям сразу оно слишком сглаживает различия. В шлюзах 1930-х годов плодотворнее рассматривать конкретные приёмы советской неоклассики: симметрию, ордерные детали, торжественные завершения, соединение архитектуры со скульптурой. Исторический язык здесь приспосабливался к новому назначению. Это позволяет увидеть индивидуальные решения авторов, которые иначе скрываются за одним общим определением.

Карамышевский гидроузел, включающий шлюз № 9, связан с именем Алексея Михайловича Рухлядева. Архитектура его башен даёт повод говорить о достоинстве технического здания: арочные проёмы, балконы, карнизы сообщают служебному сооружению представительность. В таком решении я вижу стремление включить повседневную работу города в его парадный образ. Камера шлюза становится пространством, которому придана общественная значимость. [4]

Карамышево особенно интересно рассматривать через сопоставление разных эпох. На старой фотографии значимыми могут оказаться открытый берег, небольшой масштаб окружающей застройки, ещё молодые посадки. На современном снимке тот же объект включён в более плотную городскую среду. Сравнение должно начинаться с узнаваемых деталей самого сооружения: расположения окон, очертаний карниза, формы угла. Только после этого можно судить, что изменилось вокруг него. Иначе различие ракурсов легко принять за изменение архитектуры.

На юге Москвы эту историю продолжает Перервинский гидроузел. Архитектурное решение комплекса связано с именем Ивана Корнелиевича Белдовского. В состав комплекса вошли шлюзы № 10 и № 11, плотина и гидроэлектростанция. Перерва напоминает, что водная архитектура столицы складывалась как система взаимосвязанных сооружений. Между ними лежит живая река, а значение каждого определяется в том числе работой соседних участков. [5]

Для историка архитектуры здесь особенно важна среда эксплуатации. Гидроузел требует присутствия людей, наблюдения, обслуживания, ремонта; его жизнь продолжается после даты торжественного открытия. Поэтому в поле зрения должны оставаться служебные постройки, лестницы, ограждения и пути подхода. По ним можно изучать повседневную организацию труда. В истории большого сооружения есть место и автору проекта, и тем, кто десятилетиями поддерживал его работу. Эта история редко помещается на парадной открытке, но без неё ансамбль остаётся неполным.

У Яузы свой масштаб. Архитектор Георгий Павлович Гольц придал Сыромятническому гидроузлу узнаваемый классический облик. Небольшие здания, пластика фасадов и близость берегов создают здесь более камерное впечатление. Возникает почти парковая архитектура, хотя перед нами действующее гидротехническое сооружение. В одном городском пространстве встречаются управление водой и художественно организованный берег. [6]

Этот пример важен и для понимания классической традиции. Одни и те же архитектурные средства могут звучать торжественно у большой шлюзовой камеры и спокойно на узкой реке. Дело в пропорциях, масштабе, расстоянии до наблюдателя, соотношении здания с зеленью и водой. Классика в таком прочтении предстаёт живым способом организации пространства. Её присутствие определяется не числом колонн, а качеством отношений между частями ансамбля.

Тот же замысел парадного водного входа в город раскрывается в Северном речном вокзале, открытом в 1937 году. В его архитектуре особенно выразительны протяжённые галереи, аркады и центральная башня со шпилем. Музей Москвы обращает внимание на террасы, напоминающие палубы, и богатство декора здания. Если шлюз показывает управление движением, то вокзал превращает прибытие в город в самостоятельное архитектурное событие. Вода даёт дистанцию, с которой длинный фасад читается как единая композиция. [9]

В художественной истории водной Москвы уместно вспомнить и Ромуальда Ромуальдовича Иодко. В 1936 году в парке Водного стадиона «Динамо» установили его «Девушку с веслом». Этот сюжет принадлежит более широкому миру искусства у воды: спорту, прогулке, телесной пластике, представлению о современном человеке. Водное наследие столицы объединяет сооружения разного назначения и художественные произведения, созданные для их окружения. [7]

У водоёма человеческая фигура приобретает особую выразительность. Вертикаль весла сопоставляется с горизонталью берега, движение тела – с движением воды. Через такую пластику большой инфраструктурный замысел входит в повседневный опыт: город даёт человеку место для прогулки, отдыха, наблюдения. Возвращение имени скульптора меняет восприятие знакомого образа. Перед нами оказывается самостоятельное произведение, которое требует внимания к автору, времени создания и первоначальному месту установки.

При этом историческая добросовестность требует видеть всю сложность эпохи. Строительство канала велось с использованием труда заключённых Дмитровского исправительно-трудового лагеря. История управления строительством и Дмитлага отражена в материалах Государственного архива Российской Федерации. Поэтому художественный анализ этих сооружений должен сохранять память и об инженерном достижении, и о принудительном труде людей, участвовавших в его осуществлении. [8]

Красота башни и обстоятельства её создания относятся к одной истории. Исторически ответственное отношение к наследию предполагает способность удерживать их вместе. Тогда уважение к архитектору не заслоняет судьбы строителей, а знание о трагических обстоятельствах не уничтожает возможности внимательно изучать само произведение. Архитектурный памятник сохраняет следы общественных противоречий. Его ценность для исторического сознания во многом состоит в том, что он позволяет говорить о них предметно, на языке места и документа.

Именно поэтому архивная фотография имеет особое значение для проекта «Водные ворота Москвы». Она возвращает сооружению утраченное окружение, позволяет увидеть стадии строительства, первоначальное благоустройство, присутствие людей. В готовящуюся уличную выставку «Пространство Воды Москвы» будут добавлены исторические фотографии из архива. Сопоставление с современной съёмкой поможет показать, как менялись сами объекты и город вокруг них. У каждого снимка должны оставаться его дата, автор, если он установлен, и архивный источник.

Особенно убедительны пары, в которых совпадают объект и направление взгляда. Зритель замечает перемену без длинного объяснения: дерево стало выше, исчезла открытая перспектива, иначе читается завершение башни. Иногда рядом полезно поместить третий кадр – крупную деталь. Тогда общая панорама получает доказательное уточнение. Такой способ показа формирует навык внимательного отношения к городу: увидеть, сопоставить, проверить, затем сделать вывод.

Есть и пределы фотографического свидетельства. Чёрно-белый отпечаток не позволяет сам по себе установить первоначальный цвет фасада. Отсутствие фигуры на одном снимке ещё не доказывает её утрату: она могла остаться за краем изображения. Поэтому фотографию важно читать вместе с чертежом, описанием, документом о строительстве или ремонте. Точность здесь делает рассказ интереснее. Она даёт зрителю возможность увидеть, каким образом из отдельных свидетельств складывается знание о месте.

На мой взгляд, практическая задача сегодняшнего обращения к шлюзам состоит в сохранении их пространственной целостности. Отдельную башню трудно понять без камеры, воды, берегового откоса и открывающейся с реки перспективы. При изменении окружения может сохраниться каждый камень и одновременно исчезнуть выразительность ансамбля. Поэтому оценивать развитие прибрежных территорий стоит с учётом видовых связей, исторического масштаба и особенностей действующей водной инфраструктуры.

Экологическое измерение этой темы также начинается с внимательного взгляда. У шлюза особенно ясно, что городской водный пейзаж связан с постоянным управлением и уходом. Вода, берег, озеленение и сооружения существуют во взаимной зависимости. Культурная ценность места побуждает интересоваться его состоянием, а знание об устройстве водной системы делает заботу о ней содержательнее. Выставка способна связать эти два вида внимания – эстетический и экологический – в одном зрительском опыте.

Московские шлюзы продолжают работать и одновременно становятся историческими свидетельствами. В этом двойном качестве заключена их особенная сила. Они позволяют увидеть, как техническое решение превращается в городской образ, как этот образ меняется со временем и как возвращается к нам через фотографию. Сохраняя водные ворота Москвы, мы сохраняем способность города помнить собственный труд, собственные замыслы и людей, чьи судьбы связаны с водой.

Источники

1. Открыт канал имени Москвы / Президентская библиотека имени Б.Н. Ельцина ; материал подготовлен при участии Московской областной государственной научной библиотеки имени Н.К. Крупской. – Рубрика «День в истории». – Дата публикации не указана. – URL: https://www.prlib.ru/history/619387

Сведения: открытие движения 15 июля 1937 года, переименование канала в 1947 году, задачи водоснабжения и судоходства.

2. Михайлов А.И. Архитектура канала Москва–Волга / под ред. И.Н. Магидина. – Москва : Издательство Всесоюзной академии архитектуры, 1939. – 72 с. : ил. – Электронная публикация: 07.02.2018. – URL: https://tehne.com/library/mihaylov-i-arhitektura-kanala-moskva-volga-moskva-1939

Сведения: художественное осмысление канала современниками строительства, связь транспортной архитектуры с синтезом искусств.

3. Департамент культурного наследия города Москвы. Письмо от 30.11.2022 № ДКН-16-13-5066/22 о наличии объектов культурного наследия на участках шлюзов № 8, № 9 и № 10 // Материалы государственной историко-культурной экспертизы по шлюзу № 10. – URL: https://www.mos.ru/upload/documents/files/9758/Aktsprilojeniyami_Shluz10.pdf

Сведения: архитектурное авторство В.Ф. Кринского в отношении ансамбля шлюзов № 7 и № 8.

4. Московское наследие / Департамент культурного наследия города Москвы. – 2013. – № 28. – С. 88. – URL: https://www.mos.ru/upload/documents/files/4640/Moskovskoenasledie28.pdf

Сведения: атрибуция Карамышевского гидроузла А.М. Рухлядеву.

5. Акт государственной историко-культурной экспертизы : материалы по комплексу зданий Николо-Перервинского монастыря / публикация Департамента культурного наследия города Москвы. – Дата составления не указана. – С. 7. – URL: https://www.mos.ru/upload/documents/files/2273/AktGIKEPerervenskiimonastirsprilojeniyami.pdf

Сведения: И.К. Белдовский как автор архитектурного решения Перервинского гидроузла; состав комплекса.

6. Беркович В.А. Акт государственной историко-культурной экспертизы раздела «Меры по обеспечению сохранности объектов археологического наследия» по объекту «Реконструкция и техническое перевооружение конструкторского и производственного комплекса (2 этап – реконструкция и техническое перевооружение ЦКБ) ПАО “Туполев”» по адресу: г. Москва, ЦАО, набережная Академика Туполева, д. 17. – Москва, 06.09.2017. – URL: https://www.mos.ru/upload/documents/files/3146/akt_gike_tupoleva_s_elp_17.pdf

Сведения: архитектурное авторство Г.П. Гольца и исторический контекст Сыромятнического гидроузла.

7. Каменева Т.Е., Веденин Ю.А., Смирнова И.М. Акт государственной историко-культурной экспертизы научно-проектной документации на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия регионального значения «Водный стадион “Динамо”, 1938 г., архитектор Г.Я. Мовчан». – Москва, 20.09.2018. – С. 25. – URL: https://www.mos.ru/upload/documents/files/5825/AKTGIKE-VodniiStadion-PDF.pdf

Сведения: установка «Девушки с веслом» Р.Р. Иодко в парке Водного стадиона в 1936 году.

8. Государственный архив Российской Федерации. Управление строительства канала «Москва–Волга», управление строительства Сталинской водопроводной станции Народного комиссариата внутренних дел СССР. 1931–1939 : фонд Р-9489 // Фонды Государственного архива Российской Федерации по истории СССР : путеводитель. – Т. 3. – 1997. – Электронная версия в базе данных «Путеводители по российским архивам». – URL: https://xn--90ag.xn--80adcv1b.xn--p1ai/funds/6/upravlenie-stroitelstva-kanala-moskva-volga-upravlenie-stroitelstva-stalinskoy-vodoprovodnoy

Сведения: организация Дмитлага и документальный состав фонда строительства канала.

9. Северный речной вокзал / Музей Москвы. – Материал к выставке 2020 года. – URL: https://mosmuseum.ru/exhibitions/p/river_station/

Сведения: открытие вокзала в 1937 году, галереи и террасы, декоративное оформление здания.

Фотографии

Шиферсон Д. Фотографии шлюзов и водных сооружений Москвы // Материалы проекта «Водные ворота Москвы».

В публикации использованы шесть современных фотографий, включая анонсирующий снимок: два вида шлюза № 7, шлюзы № 8 и № 9, Северный речной вокзал и Сыромятнический гидроузел.

Справка о проекте

Проект «Водные ворота Москвы: каналы, шлюзы и инженерное наследие столицы» реализует Институт СТЭИ при поддержке Комитета общественных связей и молодёжной политики города Москвы. Проект направлен на популяризацию инженерно-исторического и экологического значения канала имени Москвы и системы шлюзов столицы, изучение ключевых гидротехнических объектов, вовлечение москвичей в бережное использование водных ресурсов и повышение экологической грамотности жителей. Организационный комитет приглашает экспертов, исследователей и всех заинтересованных направлять предложения об участии в проекте и идеи для программы форума «Вода Москвы: водные ворота Москвы» на электронную почту info@instea.ru. Связаться с организаторами также можно по телефону 8-800-333-63-28.